УНИВЕРСИТЕТ ИТМО
Кафедра «Технологии программирования»



Главная

Новости
 Новости науки
 Важное
 Почетные доктора
 Инновации
 Культура
 Люди
 Разное
 Скартел-Yota
 Стрим
 Смольный
Учебный процесс
 Образование
 Дипломы
 Курсовые проекты
 Лабораторные работы
 Учебные курсы
 Визуализаторы
 Unimod-проекты
 Семинары
 Стипендии
Наука
 События и факты
 Госконтракты
 Статьи
 Диссертации
 Книги
 Презентации
 Свидетельства
 Сотрудничество
Исследования
 Автоматы
 Верификация
 Геном
 Искусственный интеллект
 Генетические алгоритмы
 Движение
 UniMod
 Роботы и агенты
 Нейронные сети
 ФЦП ИТМО-Аалто
 Разное

О нас
 Премии
 Сертификаты и дипломы
 Соревнования по программированию
 Прорыв
 Автографы
 Рецензии

Беллетристика
 Мотивация
 Мысли
Медиа
 Видео
 Фотографии
 Аудио
 Интервью

English
 Home

 Articles
 Posters
 Automata-Based Programming
 Initiatives
 Projects
 Presentations
 UniMod
 UniMod Projects
 Visualizers


Поиск по сайту

Яndex



   Главная / Мысли / Константин Райкин. О преподавании и театре (версия для печати)


Константин Райкин. О преподавании и театре



Если чья-то мысль Вас заинтересовала, то Вы всегда можете получить информацию о человеке, ее высказавшем, так как находитесь в Интернете.

В какой-то момент я понял, что хорошие педагоги — это не самые обожаемые. Бывают такие популистские учителя, которые пользуются всеобщей любовью. Это не обязательно, что они приносят много пользы.

А есть зануды, мучители, почти разрушители, от которых, наоборот, ничего, кроме пользы.

Обаять я знаю как. Но, обаяв, беру их за горло. Мне некогда миндальничать. Мне нужно, чтобы они умели делать такой театр, который я понимаю и в который я верю. Я творю их по своему образу и подобию.

Могут сказать, что это антипедагогическое утверждение. Но я вам так скажу. Сохранить творческую индивидуальность студента — это вещь правильная, но не самая главная. Вся эта замечательная индивидуальность хороша на малой сцене. А на большой…

Да зрители уйдут от такого замечательного. Для того чтобы он со своей индивидуальностью мог работать на большой сцене, его индивидуальность обязательно надо обтесать. Если не деформировать, то существенно реформировать. Он должен знать, что такое ритм, что такое громко разговаривать, что такое играть сцену, а не собственную роль. Он должен не быть рабом собственного нутра.

Если артист испытает, что такое неуспех, если он увидит, как на его монологе люди встают и уходят, это для него будет гораздо более страшная травма, чем я ему скажу: ну-ка погромче, пожалуйста, побыстрее и покрупнее. Мне интересно, когда он находится в определенном градусе, ниже которого мне вообще не интересно смотреть.

Неуспех — это такое несчастье. Никакими театроведческими исследованиями его потом не окупить. Ничего слаще, чем успех для актера в мире нет.

Успех — это свидетельство того, что тебя поняли, восприняли, оценили, полюбили. Это ощущение твоей власти над людьми. Власти без насилия. Это как любовь. А неуспех — это ощущение, что ты не нужен, что ты совершенно бессмысленно тратишь свою жизнь, что ты говоришь, а тебя не слышат.

Однако успех успеху рознь. Если надо иметь успех у самого себя, это совсем другое дело. Мне нужен такой успех. У меня отношение с профессией — безграничные. Бесконечные.

Наша профессия ужасно исповедническая. Она связана с необходимым, неизбежным одиночеством. Если у тебя не будет очень сложных интимных отношений с самим собой, ты и другим будешь не интересен.

Газета «Известия». 11.07.2005.



© 2002—2017 По техническим вопросам сайта: vl.ulyantsev@gmail.com