УНИВЕРСИТЕТ ИТМО
Кафедра «Технологии программирования»



Главная

Новости
 Новости науки
 Важное
 Почетные доктора
 Инновации
 Культура
 Люди
 Разное
 Скартел-Yota
 Стрим
 Смольный
Учебный процесс
 Образование
 Дипломы
 Курсовые проекты
 Лабораторные работы
 Учебные курсы
 Визуализаторы
 Unimod-проекты
 Семинары
 Стипендии
Наука
 События и факты
 Госконтракты
 Статьи
 Диссертации
 Книги
 Презентации
 Свидетельства
 Сотрудничество
Исследования
 Автоматы
 Верификация
 Биоинформатика
 Искусственный интеллект
 Генетические алгоритмы
 Движение
 UniMod
 Роботы и агенты
 Нейронные сети
 ФЦП ИТМО-Аалто
 Разное

О нас
 Премии
 Сертификаты и дипломы
 Соревнования по программированию
 Прорыв
 Автографы
 Рецензии

Беллетристика
 Мотивация
 Мысли
Медиа
 Видео
 Фотографии
 Аудио
 Интервью

English
 Home

 Articles
 Posters
 Automata-Based Programming
 Initiatives
 Projects
 Presentations
 UniMod
 UniMod Projects
 Visualizers


Поиск по сайту

Яndex



   Главная / Беллетристика / Шалыто А.А.
Воображения не хватает
(версия для печати)


Шалыто А.А.
Воображения не хватает



Несколько лет назад в «Заметках о мотивации» я привел историю, рассказанную вице-президентом РАН, директором Института физических проблем им. П.Л. Капицы, заведующим кафедрой МФТИ и профессором МГУ, академиком А.Ф. Андреевым: «Однажды в Финляндии я был на семинаре, в котором участвовало человек двадцать. И когда единственный финн вышел из аудитории, кто-то из наших сказал: ну, вот, теперь можно разговаривать по-русски». 

В 2006 году мы принимали Бертрана Мейера в «Почетные доктора» Университета ИТМО, так вот он, более чем часовую лекцию при англоязычных слайдах, прочел не на родном французском и не по-английски, на котором пишет статьи и книги, а по-русски, благо изучал русский в магистратуре. При этом все термины в докладе звучали по-русски, и никому в голову не приходило жалеть Бертрана, что ему приходится напрягаться. 

Но время идет, и ситуация в этом вопросе коренным образом меняется, причем в весьма странном для меня направлении. Недавно я был на семинаре в России, на котором о своих результатах докладывал россиянин, десять лет работающий на Западе. Так вот, он не только двум десяткам россиян демонстрировал англоязычные слайды, но и с первой минуты и до конца без предварительного согласования говорил только по-английски, что меня несколько шокировало. 

Публика была молодая и ученая, и почти все присутствующие язык знали. Посчитали ли они эту ситуацию нормальной не знаю – не спрашивал. После окончания доклада один из присутствующих набрался смелости и задал русскому человеку в России вопрос по-русски. Докладчик стал отвечать на родном языке, но на одном из терминов запнулся, и присутствующие его сразу пожалели и предложили продолжать на не родном для них всех языке. 

Я, конечно, понимаю, что у докладчика последние десять лет профессиональный язык (да и не только профессиональный) – английский, но представить себе, что китаец перед китайцами в Китае выступает по-английски, не могу – воображения не хватает... 

Бывают в этом вопросе истории и по-хуже. Однажды три высокопоставленных американца пришли в гости в России. Конечно, они и не думали разговаривать с хозяевами дома по-русски, во-первых, потому что его не знали, а, во-вторых, видимо, считали, что их родной язык должны знать все в мире. Несколько минут они старались говорить по-английски так, чтобы хозяева их понимали, а потом им это надоело, и они часа полтора проговорили на своем и своем (в основном о религии!). 

После этого я попытался инвертировать ситуацию – русские пришли в гости к американцам в Америке, и проговорили полтора часа между собой и с ними по-русски, но у меня, почему-то, это не получилось, видимо, опять не хватило воображения... 

Вывод, казалось бы, можно сделать один: «Старушка к старости слаба мозгами стала...». А, может быть, возможен и другой вывод?




© 2002—2019 По техническим вопросам сайта: alexvatyan@gmail.com